Водка и "Коктейль Молотова"

История | 06.10.2006
Московские новости

Московский завод "Кристалл" отметил свое 105-летие. В одном из его старых зданий на Самокатной улице открылся Национальный музей русской водки.

- Это первый настоящий водочный музей. Остальное - псевдомузеи, - утверждает хозяин коллекции и директор музея Александр Никишин. - Мало собрать вместе вещи. Надо заниматься научной работой, исследовать, систематизировать. Мы еще и издаем книги.

Собственно, из-за книг и начала собираться коллекция. Александр писал работу о Петре Смирнове. Нужны были старинные вещи для иллюстраций к книге, и историк начал искать их по антикварным магазинам. Остановиться он уже 15 лет не может.
Водочным королям Смирновым посвящена часть экспозиции. Есть даже диван, на котором Петр Арсеньевич умер. Кстати, его смерть в некотором роде связана с постройкой завода "Кристалл". Ровно 105 лет назад по инициативе Витте в стране ввели государственную монополию на водку. По всей империи одновременно построили 350 типовых государственных водочных заводов, в том числе и "Кристалл", называвшийся до революции Московским казенным винным складом №1. Благодаря такому массовому производству государственная водка стоила всего 5-10 копеек за штоф (около 1,2 литра). У частников - никак не меньше полтинника.

- Поняв, что конкурировать с государством не получается, Смирнов лег на этот диван, не ел, не пил несколько дней и умер, - рассказывает Александр Никишин.

Более конструктивно действовали другие водочные магнаты, купцы Шустовы. Поняв, что бесполезно конкурировать в области водки, они начали скупать по всей стране коньячные заводы. Так появился знаменитый Шустовский коньяк.

Нераскупоренная бутылка Шустовского - в числе самых ценных экспонатов музея. Ящик с пятью бутылками коньяка нашли на чердаке бомжи. Четыре распили и стали драться. В общем, в милицию попали. А с Петровки сразу позвонили Никишину и предложили обменять ценную находку на обычную бутылку водки.
Интересные экспонаты музея можно перечислять бесконечно. Бутылка в форме фигуры монаха, ей 200 лет. Штоф в виде бюста Пушкина, выпущенный к столетию со дня его рождения. Две керамические бутылки, сделанные в честь 250-летия Ленинграда. Тогда как раз умер Сталин, праздник отменили и юбилейную продукцию уничтожили. Водка в космической полиэтиленовой упаковке. Она даже на орбите была. Из таких пили с американцами советские космонавты при стыковке "Союза" и "Аполлона". А эту не выпили. Ее подарил коллекционеру космонавт Попович. В отдельной витрине оригинальные, нарисованные от руки эскизы советских водочных этикеток. Там даже медали пока не прорисованы, оставлены просто красные кружки.

Еще один редчайший экспонат - бутылка с зажигательной смесью, т.н. "коктейль Молотова". Таких за годы войны "Кристалл" выпустил
7 миллионов. Теперь их не найти - оружие все-таки. А вот в музее водки есть, с подробной памяткой, как и в какую часть танка ее бросать.

- Я сюда американскую группу водил, - рассказывает директор музея. - Сказал им, что такими бутылками танки поджигали. Они меня спросили только, как же мы это пьем. Нам, русским, в вопросах о водке такими неграмотными быть нельзя. Водка - наша гордость, великое русское изобретение. Само слово "водка" надо запатентовать, а то продают под этим названием любой ректифицированный продукт, хоть из картофеля. А водка может быть только из зерна. Другая проблема - мы потеряли экспорт. За границу идет много паленой водки. "Столичная" продается рижского производства. Американцы еще во время нашей войны в Афганистане по политическим соображениям перешли на "Абсолют".

- Водка может быть и добром, и злом, - подводит итог Александр Никишин.